Coalition

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Coalition » Прошлое и будущее » "Я видел стены родины моей..."


"Я видел стены родины моей..."

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Дата: 8 августа 1808 года.
Место: город Толедо, Испания.
Участники: Винсент Вега, Маргарита Вега.
Краткое описание:
Уже три месяца, как отгремело Мадридское восстание. По всей Испании гранды, идальго и простые крестьяне объединяются в партизанские отряды, чтобы противостоять французским захватчикам. Но не вся Испания оказывается сплочена этой идеей, не все мужчины разделяют мнение, что Наполеон - выскочка, а трон нужно отдать законному владельцу - Карлу. В Толедо, бывшей столице бывшей великой империи, в семье Алехандро Веги неспокойно, как и по всей стране...

0

2

Я  видел  стены   родины   моей:
Когда-то неприступные твердыни,
Они обрушились и пали ныне,
Устав от смены быстротечных дней.
© Франсиско Кеведо.


Вчера в тертулии Маноло Родригез активно созывал своих товарищей и всех посетителей кафе «Прогресо» к созыву нового толедского ополчения. Винсент просидел весь вечер в молчании, потому что знал: вставь хоть слово против, как сегодняшние товарищи в один момент станут бывшими и заклеймят тебя как любителя Наполеона, а значит – врага народа. Винсент уже давал себе слово не посещать эти вечерние собрания в трактирах и кафе, но товарищи все равно тянули его, и он равнодушно высиживал час или два до момента, когда можно будет выйти наружу и вдоволь надышаться свежим воздухом, а не пресными идеями.
Встав утром и еще не успев умыться, Винсент внезапно ясно осознал для себя: длиться так дальше не может. Неразумность его соотечественников, ставящая в сложное положение его самого, давила на него хуже желаний отца, хуже школьной муштры, от которой он был так счастлив избавиться несколько лет назад. Нужно было что-то делать, и делать немедля.
Подойдя к окну, он распахнул деревянные ставни и выглянул наружу. Просыпавшийся город гудел под ним сотней прохожих, скрипом телег, выкриками погонщиков, наездников, рассерженных торговцев. Он жил в родительском доме на втором этаже, как и вся семья, на первом были помещения лавки, которую содержал отец, и под чердаком обитали только летучие мыши да голуби. У окна парень провел довольно длительное время, невидящим взглядом рассматривая плывущих по своему течению людей внизу. Подперев голову рукой, он оперся о подоконник и был готов пробыть так целую вечность – в спокойствии, в созерцании, в небытии. Его отвлек чей-то окрик снизу, и Винсент вынужденно сфокусировал взгляд на прохожих, узнал одного своего друга и вяло помахал в ответ. На вопрос о том, собирается ли он сегодня на площадь, где будут празднества по поводу уходящих из города французов, молодой человек пожал плечами, не став разочаровывать товарища.
Он знал, что вечером в городе его уже не будет. И узнал он это только что.
Позавтракав вместе с семьей, Винсент удалился в свою комнату. Он не стал говорить с отцом, не стал говорить с матерью, даже младшей сестренке, которой на днях исполнилось шестнадцать, и которой от детских игр нужно было перейти к планам на замужество, парень не стал ничего объяснять – уйти из дома без долгих проводов, рыданий, укоризненных взглядов отца ему казалось идеальным выходом. Винсент придирчиво осмотрел свой дорожной костюм, собрал сменную одежду в старый походный мешок, который остался от времен совместной охоты вместе с дядей, и кинул туда утащенные с кухни сухари и пару лепешек, которых должно было хватить ровно до остановки в первом придорожном трактире. Потом сел на кровать и замер, стараясь обдумать и оценить свои действия, боясь, чтобы они не были слишком поспешными.
Уже две недели, как отгремела битва при Байлене. Восемнадцать тысяч французских пленных, очередная победа испанского оружия и сомнения, которые стали возникать у всех: у англичан, у союзников Франции, у самих французов, даже у Наполеона, который обзывал испанских партизан не иначе как «отребьем». Еще две недели, и прогремит битва битва при Вимейро, где взойдет звезда славы будущего победителя Наполеона Артура Уэлсли. Сегодня из Толедо уходил последний французский полк – сейчас генерал Лассаль пытались стянуть все силы в один кулак, чтобы хоть чем-то ответить новой, быстро разраставшейся испанской угрозе. Именно с этим последним отрядом и вознамерился уйти Винсент, ясно осознавая, что пропасть, которая разделяет сейчас его и его соотечественников, с таким шагом станет вконец непреодолимой.
- Ну и пусть. Это хорошо. – Внезапно охрипшим голосом произнес парень, не спеша вставать и продолжать сборы. Беспомощный взгляд его метался по комнате от одного предмета мебели к другому, от одного милого сердцу объекта к другому, и не находил, за что зацепиться. Растерянно водя пальцами по ткани одеяла, расстеленного на кровати, молодой человек никак не мог вернуться к своим сборам.
На улице продолжали раздаваться чьи-то крики, надсадно мычал бык, а погонщик ругался и продолжал хлестать плетью упрямца, застопорившего движение на всем перекрестке.

+1

3

Она понимала, что взрослеет, но отчаянно не хотела этого признавать. Уже давно соседские мальчишки, с которыми они когда-то дрались и обкидывали друг друга грязью, засматривались на неё, видя совсем не напарника для игр, даже не девчонку, которую не хочется брать в компанию. Это были совсем другие взгляды.
Разговоры с родителями о свадьбе пугали её до смерти, заставляя убегать, обрывая на полуслове, и чувствовать себя виноватой, словно речь шла не о её жизни, а о какой-то вещи, которую Марго по природной осторожности сломала. Однако, все так или иначе в доме Вега понимали, что день, когда девушка пойдёт под венец, был не за горами.
У Маргариты были подруги. Вернее, в последнее время их едва ли можно было назвать подругами, потому что разговоры о том, какие у Карлоса, сына пекаря прекрасные глаза и сильные мускулы, были у неё уже в печенках. А как известно, если эту особу что-то не устраивало, она спешила об этом сообщить в самой прямолинейной форме, что, несомненно, нравилось очень немногим.
Как уже было подмечено выше, Карлос Лосано являлся сыном пекаря, а заодно и предметом обожания всех девиц в ближайших пяти кварталах. Несомненно, для глупых девчонок он казался идеальной партией. В его семье водились деньги, а дело процветало, что добавляло в брак с ним большую выгоду, но для юных воздыхательниц даже это было не так важно, стоило им увидеть его прекрасные глаза. Марго готова была согласится, что мало у кого из молодых людей встречаются такие выразительные глаза, мало кто из них так же высок и подтянут. Наверное, она могла бы даже влюбиться, если бы не считала, что конкуренцию в этом самому Карлосу не составит никто.
Волею несчастливой случайности именно сегодня утром, сразу после завтрака, ей удалось наткнуться на него возле дома. Или, быть может, это была вовсе не случайность? "Глупый нарцисс" - думала Маргарита, но продолжала разговор, натянуто улыбаясь, потому что юноша силился что-то сказать, приправляя слова самовосхвалением, а она была до ужаса любопытная. Тем не менее, спустя минуту девушка поняла, что сбежать или перебить ей следовало ещё в самом начале.
С ошарашенным видом испанка влетела в комнату брата, без стука, без предупреждения. Бесцеремонно - как обычно. Жизнь её ничему не учит, ведь один раз ей удалось застукать его с девицей. Тогда, зардевшись, она сказала что-то нелепое и ускользнула, боясь вспоминать произошедшее, потому что это вызывало в ней странные, доселе незнакомые эмоции, взрослые эмоции.
- Винсент! Этот павлин напыщенный, Карлос, сын пекаря... Они здесь живут, неподалёку, ты помнишь? Он предложил мне выйти за него, представляешь? Брат, мне так страшно. Если он пойдёт к отцу, если меня заставят... Я не хочу готовить для него еду, стирать его одежду... О, Господи! Рожать ему детей. Они будут такие же недалёкие... - её личико перекосила гримаска ужаса. Наверное, Марго в деталях представила картину своего возможного будущего. - Сделай что-нибудь, умоляю тебя. И тогда проси всё, что хочешь. Припугни его, или поговори с отцом, или... Винсент? Куда это ты собрался? - осознав то, что всё это время была зациклена на себе и не замечала очевидного, девушка нахмурила бровки, усаживаясь на кровать рядом с братом. Но его вид заставил её нацепить улыбку. - Не хмурься, сегодня прекрасный день!

+2

4

Как не вовремя, как не вовремя залетел этот пожар, эта стихия с именем «Маргарита» в его комнату! Винсент нахмурился, слушая быструю трескотню младшей сестры, встал с кровати и попытался хоть как-то закрыть своей спиной походный мешок и разложенные вещи, но… Но было поздно. Молодой человек нахмурился еще больше, когда сестра, как всегда, без обиняков спросила его насчет причины сборов. А потом вдруг задумчиво улыбнулся в ответ на ее последнюю фразу.

- О, да, сестра, сегодня прекрасный день… - Решившись, он улыбнулся ей, теперь мягко и нежно, и развернулся, завязывая тесемки мешка. – Насчет этого Карлоса. Отвадь его так, чтобы он вообще видеть тебя не захотел, припугни, что расскажешь всем что-то, что его действительно поставит на место, или просто дай между колен, как я тебя учил. Это немного поубавит его прыть. Сестра!

Винсент повернул ее к себе, взял за плечи. К горлу подкатил твердый ком, и слова было не протолкнуть через него, но он должен, должен был…

- Сестра. Я уезжаю с французскими войсками. Это мое решение. Не перебивай! Выслушай до конца! – Винсент наставительно поднял палец, заставляя закрыть рот Маргариту, которая, как он знал, уже собралась закидать его вопросами и восклицаниями. – Я долго собирался и недолго думал. Это мне кажется самым правильным выходом. Родителям я ничего не хочу объяснять, потому что… не нужно. Они поймут. Мать поймет, я надеюсь… - Винсент скосил взгляд в сторону, куда-то поверх сестринского плеча, не добавляя то, что и ей, возможно, он бы вряд ли рассказывал, не залетев таким вихрем она в его комнату и не увидев сложенный мешок. – Я надеюсь, что ты поможешь мне и станешь рассказывать родителям прежде, чем я покину этот дом. Я обязательно вернусь, как только в стране изменится… положение дел. Будь сильной и наплюй на Карлоса, у тебя еще впереди куда большие испытания.

Улыбнувшись, Винсент погладил Маргариту по щеке, удостоверился, что она обдумывает его речь, и развернулся, чтобы взяться за мешок и закинуть его за плечи. Дом приходилось покидать в еще большей спешке, потому что неизвестно, насколько хватит терпения сестры, и будет ли она молчать вообще, а не закричит ли сейчас на всю комнату и не заставит ли прибежать сюда отца с матерью.

Проверив, что в мешке есть все необходимое, Винсент испытал странное поднятие духа. Он был немного взволнован, потому что Маргарита спутала ему все карты и лишила того состояния… размеренности, спокойствия, которое он любил всю жизнь. Теперь приходилось немного нервничать и думать, насколько тихо удастся забрать отцовскую саблю из родительской спальни, где в этом время не должно быть никого.

0


Вы здесь » Coalition » Прошлое и будущее » "Я видел стены родины моей..."


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC